Теория лидерства на основе социальной идентичности

Теория лидерства на основе социальной идентичности хорошо подходит для рассмотрения некоторых из вопросов, изложенных выше, поскольку в ней одна из ключевых ролей в процессе лидерства отводится концепции членов группы. Сила идентификации члена группы с группой может иметь большое значение.

Основная идея концепции социальной идентичности заключается в том, что когнитивная основа для одобрения лидерства, а следовательно, и для эффективности лидера, зависит от степени идентификации последователей с группой — важного аспекта Я- концепции. Там, где группа представляет собой относительно несвязанную совокупность индивидов, которые не извлекают из группы чувства социальной идентичности, социальное восприятие в большей мере обусловлено индивидуальными предпочтениями и личными связями. В таких условиях восприятие эффективности лидерства формируется по относительно универсальным или более специализированным схемам. Люди, которые, по мнению членов группы, соответствуют релевантным представлениям о том, каким должен быть лидер, с большей вероятностью получат одобрение в качестве «лидера» и смогут быть эффективным лидером.

В более компактных, сплоченных группах, которые важны для Я-концепции, восприятие формируется совсем по-другому. Люди сильно идентифицируют себя с такими группами, и поэтому основа для восприятия себя и других жестко ограничена прототипичностью группы — мерой, в которой лидер соответствует когнитивной репрезентации отличительных черт группы ее членами. Социальная категоризация себя и других членов ингруппы деперсонализирует восприятие, ощущения и поведение, сводя все к ин-групповому прототипу, явно выраженному в данном контексте. Человек перестает воспринимать себя и других уникальными личностями и смотрит через призму групповой прототипичности. Прототипичные члены группы воплощают ее сущность и являются объектом консенсусного позитивного отношения или симпатии, основанной на принадлежности к группе — консенсусной социальной привлекательности. Прототипичность и консенсусная социальная привлекательность усиливают влияние прототипичных членов группы. В этих условиях люди, которые, по мнению членов группы, соответствуют релевантному ингрупповому прототипу, с большей вероятностью будут одобрены в качестве лидера и смогут быть эффективным лидером.

Следует отметить, что с этим анализом социальной идентичности согласуется современный взгляд на теорию категоризации лидеров. На данный момент Лорд и его коллеги рассматривают категоризацию лидеров как высоко динамичный, зависящий от контекста процесс и утверждают, что при условии явно выраженной социальной идентичности представления о том, каким должен быть лидер, можно интерпретировать, отталкиваясь от группового прототипа.

Из анализа лидерства на основе социальной идентичности следует простая гипотеза. Когда усиливается идентификация с группой, растет зависимость одобрения лидерства, восприятия эффективности лидерства и реальной эффективности лидерства от того, насколько прототипичным для группы считается лидер. Соответственно, уменьшается относительная важность соответствия представлениям о том, каким должен быть лидер. Эта гипотеза подтверждается результатами, полученными в ходе четырех прямых испытаний: трех лабораторных экспериментов и одного полевого исследования. Во время лабораторных экспериментов участникам предоставлялась информация о групповом прототипе в виде положения группы на континууме некоей установки и о положении на этом континууме установки лидера, выбранного случайным образом. Это позволяло манипулировать прототипичностью лидера для группы и установить, насколько сильно прототипичность влияет на восприятие эффективности лидера, в зависимости от изменения выраженности стандартной группы. Также роль прототипичности для лидерства в явно выраженных группах подтверждает целый ряд исследований, в которых предложенная гипотеза проверяется косвенно (не напрямую) или в других контекстах.

У теории лидерства на основе социальной идентичности существует множество дополнений и уточнений. Так как члены явно выраженных групп уделяют крайне много внимания прототипичности, члены группы с высокой прототипичностью ярко выделяются на фоне группы, и в силу фундаментальной ошибки атрибуции, или предвзятости в сопоставлении причин, их поведение объясняется личностными особенностями. Этот процесс формирует для лидера харизматичность, которая облегчает руководство. Однако здесь харизма — результат группового процесса, а не стабильная черта личности, влияющая на эффективность лидерства.

Еще одно дополнение выявляет парадокс. Прототипичный лидер определенно «один из нас» и в то же время отдален от группы в силу лидерской роли. В определенных условиях это ролевое разделение может создать раскол между лидером и последователями, у которого будут все признаки иерархических межгрупповых отношений, основанных на власти, когда у одной из групп монополия на статус и власть. Таким образом, лидерство, основанное на прототипе, может превратиться в лидерство, основанное на власти.

Предметом третьего дополнения выступает еще один парадокс. Лидер должен действовать на благо группы; обеспечивать свое расположение ингруппе, проявлять приверженность к группе и быть объективным в процедурном отношении. Однако у лидера с высокой прототипичностью право на принадлежность к группе не подвергается сомнению, тогда как право менее прототипичного лидера требует подтверждения. Это значит, что у более прототипичного лидера меньше ограничений для поведения, открыто ориентированного на группу, чем у менее прототипичного.

Здесь мы не будем более подробно останавливаться на этих аспектах анализа лидерства на основе социальной идентичности. Вместо этого мы рассмотрим отношения «лидер — последователь» и взаимосвязь между анализом социальной идентичности и анализом ОЛП, призванным определить роль отношений «лидер — последователь» в эффективности лидерства.